Вторник, 21.11.2017, 00:57
Приветствую Вас Кварково-радиоволновой гриб | RSS
Клуб Любителей Ножевого Боя
Главная | Статьи о Ножевом Бое. | Регистрация | Вход
Форма входа

Меню сайта
Категории раздела
Статьи и материалы о Ножевом Бое [37]
Другие материалы. [16]
Статьи и эссе посвященне отличным от НБ темам.
Ножи [2]
Раздел посвященный ножам. Обзоры, статьи, аналитика.
Поиск
Главная » Статьи » Другие материалы.

Психолог исследует антиоружейную психологию.
Сара Томпсон: Психолог исследует антиоружейную психологию. 

"Вам не нужно оружие, полиция защитит вас"

"Если людям разрешить носить оружие, они будут убивать за места на стоянках и игру в бейсбол по соседству"

"Я - пацифист. Просветлённые, духовно богатые люди не должны владеть оружием"

"Лучше меня изнасилуют, чем какие-то деревенщины с оружием будут пытаться спасти меня"


Как часто вы слышали эти утверждения из уст некомпетентных защитников разоружения, или ещё менее информированных родственников и соседей? Почему люди так сильно привязаны к своим убеждениям, даже перед лицом неопровержимых доказательств, что они не правы? Почему они приходят вя рость, когда владельцы оружия указывают им на то, что их аргументы и построения не верны ни логически, ни фактически? 

Как вообще возможно общаться с людьми, которые кажутся оторванными от реальности и неспособными рассуждать логически? 

Пожалуй, единственный подход способен помочь вам общаться с подобными людьми - это понять их психологические процессы. Как только вы поймёте,почему они ведут себя настолько неадекватно, вы сможете общаться с ними. 
Механизмы защиты.

Около года назад я получила e-mail от члена местной еврейской организации. Автор, предпочтя остаться неизвестным, настаивал, что у людей нет права носить оружие, потому, что он не хочет быть убитым, если у кого-то из его соседей был "неудачный день". Я спросила его, почему он думает, что кто-либо из его соседей хотел бы его убить и, разумеется, не получила ответа. Правда в том, что по статистике он скорее погибнет от рук соседа, у которого нет официально купленного огнестрельного оружия (1) или будет задет случайным выстрелом полицейского(2). 

Откуда он мог "знать", что его соседи убили бы его, если бы у них было оружие? Он не мог. То, что он сказал, на самом деле : Если бы он имел оружие, он мог бы убить их, если бы у него день не задался, или они заняли его место на парковке, или врубили музыку на всю катушку. Это пример того, что психологи называют проецированием - бессознательным приписыванием отрицаемых собой чувств и мыслей на других людей, так что ему не приходится признавать, что они - его(3). В некоторых случаях отрицаемые мысли и чувства проецируются не на других людей, но на неодушевлённые предметы, такие, как оружие. Таким образом проецирующий уверен, что ружьё само может убить его. 

Проецирование - это защитный механизм. Защитные механизмы - это бессознательные процессы психики, которые защищают нас от того, что мы не можем осознанно принять(5). Они действуют незримо так, что нашему сознанию не приходится сталкиваться с "запретными" чувствами и позывами. Поэтому, если бы вы спросили моего респондента, действительно ли он хочет убить своих соседей, он яростно бы опровергнул это и стал бы настаивать, что его хотят убить. 

Проецирование это, определённо, внутренний защитный механизм потому,что оно не только предотвращает противостояние человека и егочувств, но и создаёт мир, в котором он воспринимает остальных, как направляющих его собственные злобные помыслы обратно на него. 

Все люди периодически испытывают позывы к насилию или даже убийству. К примеру, очень часто слышишь - "Я б убил своего шефа" или "Если ты сделаешь это ещё раз - я убью тебя". Это не значит, что они собираются или действительно убьют кого-то. Это просто выражение гнева и недовольства. Все мы страдаем от страха и чувства беспомощности и уязвимости. Большинство людей могут испытывать гнев, страх, ревность итд без необходимости реализовывать их путём насилия. 

Многие люди, тем не менее, не могут осознанно принять, что у них есть такие "недопустимые" эмоции. их гнев, страх итд могут быть гораздо сильнее, чем у обычного человека. Возможно, они боятся, что охваченные этим чувством, они могут потерять контроль над собой и действительно причинить кому-то вред. Возможно, они верят, что "хорошие люди" не испытывают таких чувств. 

Это особенно верно сейчас, когда "специалисты по обучению" запрещают детям проявлять негативные эмоции или агрессию. Вместо того, чтобы учить детей, что эти чувства нормальны, но деструктивное поведение должно контролироваться, они учат их, что чувство злости - это зло, это опасно и ведёт к суровому наказанию(7). Для защиты себя от того, чтобы "стать плохими", дети вынуждены использовать защитные механизмы, чтобы избежать нормальных чувств. К сожалению, использование подобных защитных механизмов может поставить под угрозу их психическое здоровье. Дети теперь учатся не контактировать с реальностью, а избегать её(8). 

(Данное обсуждение психологических механизмов применимо к среднестатистическому человеку, который мало знает (или имеет ложные сведения) об оружии и самообороне. Оно неприменимо к идеологу анти-оружейного движения. Фанатики вроде Чарльза Шумера знают много фактов об оружии, и применяют их для оправдания разоружения сознательно и добровольно для получения политического веса. Эта методика к ним неприменима. ) 

Ещё один защитный механизм, широко встречающийся у противников оружия это отрицание. Отрицание - это просто отказ принять реальность данной ситуации(9). Например, представьте женщину, муж которой начинает приходить домой поздно, от него пахнет духами и он тратит деньги на цветы и драгоценности со своей кредитки. Она может крайне разозлиться на свою хорошую подругу (к примеру), которая предположит, что муж завёл роман. Реальность ясна, но обманутая жена так боится неверности своего мужа, что она не может принять её и отрицает её существование. 

Так же ведут себя и прогибиционисты. Ясно, что мы живём в опасном обществе, где преступники нападают на невинных. Практически каждый или сам подвергся нападению или знает кого-то, кто стал жертвой. Ясно, что органы поддержания правопорядка не могут защитить всех 24 часа в сутки. Исследования показывают, что ваша защита - не является официальной обязанностью полиции(10) и владение огнестрельным оружием - самый надёжный способ защитить себя и своих близких(11). Есть неопровержимые доказательства, что разоружение почти всегда ведёт к геноциду(12). Несмотря на это, противники оружия настаивают, несмотря на все противоречащие им доказательства, что "полиция защитит вас", "это безопасный район" и "этого здесь просто не может случиться". И подразумевают под этим всё от грабежа до массовых убийств. 

Прогибиционисты, которые отрицают реальность доказанной и очень серьёзной опасности используют отрицание, чтобы защитить себя от неудобства, которые они испытывают, ощущая себя беспомощными и уязвимыми. Аналогично, владельцы оружия, настаивающие, что "правительство никогда не отнимет у меня моё оружие" так же используют отрицание, чтобы защитить себя от страха перед силовым разоружением и ситуацией, в которой они останутся беспомощными и уязвимыми. 

Формирование реакции - ещё один защитный механизм, характерный для противников оружия. Формирование реакции возникает, когда сознание трансформирует "недопустимое" чувство в прямо противоположное (13). Например, ребёнок, ревнуя брата или сестру к родителям, выказывает ему или ей крайнюю любовь, несмотря на ненависть. 

Аналогично, человек, прячущий убийственную ненависть к окружающим, может заявлять, что он убеждённый пацифист, отказываться есть мясо или даже убить таракана (14). Часто такие люди исповедают различные "духовные пути" и верят в то, что они "превосходят" "менее цивилизованных " людей, которые совершают "жестокие поступки", например охотятся или даже стреляют по мишеням. Они могут посвятить себя различным обществам охраны животных и заявлять, что права животных - это важнее, чем права людей (15). Это не только позволяет им избегать их собственной ярости, на самом деле это позволяет им вредить людям, которых они ненавидят, без необходимости осознать свою ненависть.

Это не ставит себе целью оскорбить многих замечательных людей, которые являются пацифистами, духовно богатыми, вегетарианцами или тех, кто поддерживает общества охраны животных. Ключевой момент - не сами убеждения, но способ, которым человек их выражает. Искренние последователи пытаются улучшить себя или быть полезными в мягкой, уважающей других форме. Они пытаются убедить других мирным путём, подавая пример того, что они считают корректным поведением. Искренние пацифисты обычно проявляют добрую волю по отношению к другим, даже к тем, кто не согласен с их мнением. 

Сравните это с упорным и яростным сторонником запрета мяса или тем, кто верит, что убийство охотников может быть оправданно спасением животных - или человеком, который хочет поставить самозащиту вне закона, верящем, что у людей есть право быть убитыми или изнасилованными во благо общества. Например, известная феминистка Бетти Фридэн заявила, что "применение насилия даже в рамках самозащиты ведёт только к увеличению насилия" (16). Истинно духовный, мирный человек не заставляет других следовать его убеждениям. Он обычно ведом положительными эмоциями, в то время как фанатик находит "социально допустимые" пути вредить, преследовать, или даже убивать окружающих. 

В случае прогибиционистов, формирование реакции удерживает их от осознания их ненависти к окружающим, при этом позволяя им чувствовать себя выше "жестоких владельцев оружия". В то же время, оно позволяет им серьёзно вредить, вплоть до потери жизни, другим, отказывая им в необходимых средствах самообороны. Это делает формирование реакции привлекательным с психологической точки зрения, но при этом крайне трудным для противодействия. 
Защитные механизмы не являются психическим заболеванием. 

Защитные механизмы являются нормой. Все мы используем их в той или иной мере, и их использование не является поводом для подозрения в психической болезни. Защитники разоружения могут быть неверно или слабо информированны, они могут быть глупы или могут быть осознано настроены на зло, но это не обязательно что они больны. 

Некоторые из защитных механизмов, тем не менее, более "здоровы", нежели другие. Главное правило тут - что защитный механизм безопасен, если он помогает вам в личной и общественной жизни, а так же карьере, и наоборот, если он вмешивается в вашу жизнь, ваши отношения или нарушает благополучие других людей. Дети используют проецирование и отрицание гораздо чаще, чем здоровые взрослые. С другой стороны, "...если проецирование используется как защитный механизм в достаточно большой области жизни взрослого человека, видение им реальности будет сильно искажено ." (17) 

Защитные механизмы часто комбинируются, позволяя противникам оружия использовать их одновременно. К примеру, мой респондент использует проецирование для создания мира, в котором все его соседи хотят убить его. В результате им овладевают злость и страх, и ему требуется больше защитных механизмов. Итак, он проецирует свою злость на окружающих, отрицает то, что есть угроза его жизни, для защиты себя от созданного им мира и использует формирование реакции, чтобы контролировать чужую жизнь, так как его собственная вышла из-под контроля. 

Так же важно помнить, что не вся антиоружейные убеждения являются результатом действия защитных механизмов. Некоторые люди являются оружефобами(18), их страх перед оружием силён и иррационален. Обычно он является следствием воздействия масс-медиа, политиков, так называемых "просветителей" и других. В некоторых случаях причиной фобии становится неудачный личный опыт, связанный с оружием. Но со всем уважением к полковнику Джеффу Куперу, который ввёл термин "хоплофобия" для описания страхов противников оружия, большинство из них на самом деле не страдает от фобии. Интересно, что человек с истинной фобией оружия понимает, что их страх не обсонован(19), что большинство из противников оружия не признают никогда. 
Зашитные механизмы нарушают восприяти реальности. 

Так как защитные механизмы меняют реальность для того, чтобы человек мог избегнуть нежелательных эмоций, тот, кто использует их страдает от нарушения способности воспринимать и принимать реальность. Это объясняет то, что мой респондент, как и многие противники оружия, настаивает на своей уверенности в том, что его соседи и сослуживцы станут серийными убийцами, если позволить им владеть оружием. 

Люди, законно носящие зарегистрированное оружие, на самом деле менее жестоки, агрессивны и гораздо менее склонны к криминальным действиям любого вида, чем остальная часть населения(20). Человек без криминального прошлого, прошедший проверку ФБР, закончивший курсы по обращению с оружием, и потративший несколько сотен долларов на получение лицензии, с большой вероятностью не примет решение убить соседа. Убийство приведёт к тому, что за ним будет охотиться полиция, будет суд, тюрьма, и, возможно, высшая мера. Это будет крах семьи, карьеры и репутации. Ясно, что смысла в таком поступке нет - за исключением самообороны. Так же ясно, что прогибиционист, верящий, что простой владелец оружия с большой вероятностью откроет стрельбу на поражение, находится не в ладах с реальностью. 
Связующая нить: Ярость. 

На основании моего опыта могу сказать, что нитью, связующей всех противников оружия, является ярость. Они более агрессивны, чем прочие люди или же не могут разобраться со своей яростью. Так как они не могут совладать со своими чувствами, они вынуждены использовать защитные механизмы нездоровым образом. Они ошибочно полагают, что окружающие ищут способ навредить им и защищают разоружение простых людей, у которых нет желания вредить кому-либо. Так почему же прогибиционисты так яростны, и почему они не могут справиться со своими эмоциями? Примите на минуту, что самая большая и истеричная анти-оружейная группа включает в себя непропорционально большой процент женщин, негров и евреев. И практически все организации, говорящие от лица этих "угнетаемых людей", стоят на строгой антиоружейной позиции. Без сомнения, среди этих людей множество "профессиональных жертв", слабо ориентирующихся за пределами их "круга жертв". 
Отождествление с жертвой. 

Если бы мне пришлось подвести итоги этой статьи в 3х предложениях, это были бы:

1) Люди, отождествляющие себя с "жертвами", скрывают в себе огромный объём злости по отношению к другим людям, которых они воспринимают как "не жертв".

2)Дабы справиться со своей злостью, "жертвы" используют защитные механизмы, которые позволяют им вредить окружающим социально допустимыми путями, без принятия ответственности за поступки или чувства вины, и без потери статуса "жертвы".

3)Владельцы оружия часто становятся мишенью "профессиональных жертв", так как у них нет желания и есть возможность предотвратить свой превращение в жертву.

Поэтому понятие "отождествление с жертвой" крайне важно. Как и почему члены некоторых групп отождествляют себя с жертвами и учат своих детей поступать так же? Несмотря на истинность того, что женщины, евреи и негры угнетались на протяжении долгого периода истории, на данный момент они - полноправные члены общества. И другие группы, особенно азиаты, угнетались подобным образом, и уже отошли от ментальности "вечных жертв". 

Почему, к примеру, 2х метровый игрок НБА, зарабатывающий 10 миллионов в год, отождествляет себя с жертвой? Почему так поступает успешный, уважаемый и богатый врач-еврей? И наоборот, почему прикованная к инвалидной коляске женщина, живущая в государственном пансионе, НЕ считает себя жертвой ? 

Я поспорю, что вера баскетболиста и врача в то, что они жертвы основана не на том, что их угнетают или они были жертвами насилия, но на том, что они принадлежат группам, присвоившим себе статус жертв. И наоборот, женщина-инвалид воспитана так, что верит в то, что только она ответственна за свои успехи и неудачи. 

На самом деле люди, действительно ставшие жертвами преступления с применением насилия, или же пережившие войну или беспорядки, поддерживают право на самозащиту. Старая поговорка часто верна: "Консерватор - это либерал, которого хоть раз ограбили". 
Особое положение и лидеры, ведущие неверным путём... 

Две причины, по которым эти группы людей настаивают на своём статусе жертвы, наиболее вероятны.

Во-первых - статус жертвы позволяет требовать (и получать) различные блага путём квот, льгот, репараций и прочих следствий "программ помощи" .

Во-вторых, этим людям мыслимыми и немыслимыми способами, ставят виной каждой неудаче "расизм", "сексизм" и прочее, и мечтают о более сложных схемах поблажек и уступок.(22) 

Эти лидеры - одни из тех, которые проповедуют, что вся история негров - рабство и расизм, или что история евреев до и после холокоста несущественна(23), или что замужняя женщина есть жертва секуального рабства (24). 

Аналогично, NAACP судится с производителями оружия, дабы разрушить их бизнес(25), и особенно протестует против недорогих пистолетов, которые позволяют людям с низким достатком защищать себя в их кварталах. Департамент Застройки и Городского Развития (HUD) предложил выселять каждого, содержащего орудие самообороны. Еврейские лидеры, особенно политкорректной "реформаторской" ветви, проповедуют, что "контроль за оружием" это "важный долг религии"(26), противореча своей религии и истории(27). Службы охраны правопорядка ошибочно учат женщин не сопротивляться насильникам и грабителям, что так будет безопаснее(28), в то время как женские общества защищают запрет оружия, оставляя женщин и их детей беззащитными. 

Виктимность - хороший бизнес для организаций, способствующих становлению статуса жертвы. Члены этих организаций, как жертвы, зависят от защиты этой организации, а они, в свою очередь, зависят от своих членов, получая от них деньги и политический вес. В целях самосохранения, эти организации стараются поддерживать ненависть и фанатизм а так же беззащитность - а следовательно и зависимость своих членов. 
Прогибицонисты любят жертв!

По моим наблюдениям, профессиональная виктимность - особенность всех антиоружейных групп, а не только упомянутых здесь. Каждая организация, ратующая за запрет оружия, явно хочет, чтобы её члены были беспомощны, запуганы и полностью зависимы от чьих-то указаний во всех аспектах их жизни. Не важно, является ли это общество религиозным, расовым, этническим, политическим, социальным или благотворительным. Начиная от "Контроля пистолетов, Инк" и "Противо-клеветнической лиги" до "Марша миллиона матерей", они все хотят, чтобы вы жили в страхе. В этой схеме "футбольные мамаши" - такие же "жертвы", как и обитатели опасных районов города. Если бы эти организации действительно заботились о тех, за чьи права они, по их утверждению, борются, они должны были бы стимулировать безопасное и ответственное владение оружием. Они должны были бы помогать и учить людей, как им защитить себя и свои семьи, дабы им не пришлось жить в страхе. Они должны говорить всем, что одно из самых замечательных преимуществ в том, что ты американец - это то, что ты моженшь владеть и носить оружие, что у тебя есть право защищать себя, и как эти права сохраняют твоё право быть свободным. 
Психологическая цена виктимности. 

В нашем обществе у виктимности есть множество объективных достоинств, но так же несколько серьёзных недостатков. Жертвы склоняются к видению мира как страшного и угрожающего места. Они верят в то, что окружающие относятся к ним иначе, несправедливо и зачастую злонамеренно - и они ничего не могут с этим поделать. Эта вера - в жестокое обращение и собственную беспомощность - порождает ярость, и зачастую, глубокую депрессию. 

Но для жертвы открытое проявление ярости может быть опасно, если не сказать - самоубийственно. Например, избиваемая женщина, кричащая или пытающаяся ударить нападающего, может спровоцировать ещё большее насилие, и возможно, свою смерть. А человек, успешно защитивший себя - теряет свой виктимный статус. Для того, чья личность полностью зависит от осознания себя жертвой, потеря статуса жертвы так же опасно, как и потеря жертвы. Итак, люди, неспособные справиться со своей яростью, люди с виктимным статусом:

1) Используют защитные механизмы, чтобы заменить её верой в соседей, убивающих друг друга и верой в нерушимую полицейскую защиту.

2) Пытаются утвердиться за счет контролирования владельцев оружия, которых они ошибочно считают врагами.
Скажи нет статусу жертвы!

Но никто не нуждается в том, чтобы быть жертвой! Всё просто - не очень-то и просто сделать жертвой человека, владеющего и умеющего обращаться с оружием. Если бы большинство женщин владели и носили бы оружие (и умели бы им владеть), изнасилования и избиения пошли бы на убыль (29).

Бандиты, нацелившиеся на пожилых и инвалидов, отступят, как только поймут, что с большой вероятностью увидят нацеленное на них оружие. Практически невозможно поработить или загнать в концлагеря большую массу вооружённых людей. 

Есть ли способ более эффективно общаться с прогибиционистами, использующими нездоровые защитные механизмы? На этот вопрос нет простого и быстрого ответа. Но есть несколько вещей, которые следует помнить. 
Злоба и нападки не работают.

Большинство владельцев оружия, противостоя в диалоге противнику оружия, становятся злобными и недоброжелательными. Это можно понять, учитывая то, что владельцы оружия всё чаще сталкиваются с обвинениями, ограничениями и дискриминацией. (Если вы не верите, спросите себя – может ли кто-нибудь всерьёз предложить запретить неграм, женщинам или евреям посещать почту, школы и церкви. Даже люди, осуждённые за тяжкие преступления, имеют на это право, но законопослушные вооружённые граждане -- нет). Но злобный ответ непродуктивен. 

Атака на человека, с которым вы спорите, не поможет. Всё, что заставляет вашего оппонента чувствовать страх или злобу, только усилит его защиту. Вашей целью должна стать помощь ему почувствовать себя безопаснее, а затем предоставить ему информацию и наблюдения, которые помогут ему принять взвешенное решение. 

Будьте мягче. \

Вы не должны пытаться сломить защиту силой. Помните, что защитные механизмы ограждают людей от чувств, с которыми они справиться не могут, и сели вы нарушите защиту, это может привести к серьёзной психологической травме. И, поскольку защитные механизмы работают подсознательно, будет не лучшей идеей показывать эту статью им или указывать на то, что они используют защитные механизмы. Вы должны мягко и постепенно помогать человеку обрести более реалистичный и рациональный взгляд на мир. Этого невозможно достичь за час или день. 

Как только вы будете подходить к дискуссии подобным образом, вы столкнётесь с имеющими место алогичными процессами мышления и эмоциональными реакциями прогибиционистов на оружие. Когда вы будете пробовать справиться с алогичными процессами мышления, пытайтесь использовать логику и здравый смысл, чтобы доказать, что его видение окружающих и оружия в корне неверно. Цель в том, чтобы помочь понять, что оружие и вооружённые люди не являются угрозой, а могут спасти его жизнь.
Борьба с иррациональным мышлением.
Зеркальная техника. 

Один из подходов – отвечать на то, что вам говорит прогибиционист, в нейтральной вопросительной интонации. Так, я могла бы ответить на то анонимное письмо: “Итак, вы уверены, что если бы ваши соседи имели оружие, они убили бы вас. На чём основывается ваша уверенность?”. Когда вы просто повторяете, сказанное оппонентом, а затем задаёте вопрос – вы не угрожаете его защите напрямую. Вы просто держите зеркало и позволяете ему оценить свои взгляды. Если его защита сильна, он может настаивать, что соседи хотят убить его, но если это не так, он может поставить свои убеждения под вопрос. 

Другой пример (Прим. – совсем клинический случай, так что только, если интересно):

“Почему вы считаете, что учителя ваших детей могут выстрелить в них?” Вы можете дополнить это чем-нибудь вроде “Почему вы доверяете своих детей людям, которые могут убить их?” Опять же, вы только задаёте вопросы и не атакуете прямо. Разумеется, прогибиционист будет настаивать, что учитель может повредить детям, но запрет оружия может предотвратить это. Вы же в ответ можете спросить, что мешает учителю использовать для этого не оружие, а, к примеру, ножницы, или бейсбольную биту, или просто отравить молоко и печенье в школьной столовой. 

Важно задавать «открытые» вопросы, требующие ответа, отличного от "да" и "нет". Такие вопросы заставят прогибициониста думать о том, что он говорит. А это заставит его подвергнуть оценке свои убеждения, вплоть до того, что он может начать спрашивать вас об оружии и владении им. 
"Что вы будете делать ?" 

Вы можете попробовать поставить прогибициониста в гипотетическую ситуацию, однако такой путь опаснее для его защиты и поэтому более рискован. Вы могли бы спросить его, как бы он разобрался с надоедливым сотрудником. Скорее всего, он ответит, что ненасильственно, но вот другие люди, владеющие оружием, нет. (Опять проецирование). Спросите его, кто именно "другие люди", почему они могут застрелить сослуживца, и что они этим добьются. 

Не пытайтесь "выиграть" аргумент. Не ставьте в неудобное положение того, кого вы пытаетесь обучить. Помните, что никто не любит признавать, что его убеждения неверны.

Никому не нравится слышать "Я тебе говорил". Будьте терпеливы и мягки. Грубость, нападки и прочее только убедят, что владельцы оружия грубы и невоздержанны – кто будет доверять им!
Обезвреживаем эмоциональные реакции.

“Ваши действия ?”

Только рациональные аргументы помогут далеко не всегда потому, что значительное количество людей «чувствуют», а не думают. Поэтому, вам потребуется разбираться с эмоциональными ответами прогибиционистов. Помните, что большинство людей приучено ассоциировать огнестрельное оружие с мёртвыми детьми (Прим. Имеются в виду случаи расстрела детей их одноклассником). Вам же требуется изменить их эмоциональный настрой наравне с их убеждениями . 

Один из способов – поставить противника оружия или его семью в гипотетическую криминальную ситуацию и спросить у него, что может произойти. Например, «Представьте, что ваша жена находится на парковке около супермаркета, и её хватают двое мужчин. Один угрожает ей ножом, другой срывает с ней одежду. Если я нахожусь неподалёку и вижу это, при этом я вооружён, что я буду делать? Что случится потом? Что будет в том случае, если полиция не приедет в течение 5 минут?»

Просто дайте ему отвечать на вопросы и мысленно развивать события. Не спорьте с его ответами. Вы роняете зерно сомнения, которое поможет изменить его эмоциональные реакции. 
Сила эмпатии.

Другой подход с эмоциональной стороны, зачастую более успешный, это отнестись к его мировоззрению с пониманием. Представьте на минуту, как бы вы себя чувствовали, если бы вы верили, что ваши соседи и сослуживцы хотят убить вас, и вы ничего не можете сделать, только ожидать неизбежного. 

Не очень приятно, не так ли?

Это мир, в котором живут прогибиционисты. Все мы переживали моменты, в которых мы чувствовали себя «другими» и противостояли враждебным учителям, сослуживцам итд. Итак, нам требуется пробудить в себе сострадание к этим напуганным людям. Скажите что-нибудь вроде «Должно быть ужасно жить в страхе под нападками соседей. Я помню, как это было, когда я был единственным (евреем, мормоном, негром, республиканцем…) в (классе, футбольной команде, на работе) – и даже при этом я не думал, что кто-то хочет убить меня». Важно, чтобы ваши чувства были искренними, если ваш оппонент почувствует давление или сарказм – это не сработает.

Использование эмпатии работает комплексно. Во-первых, оно предотвращает возможное враждебное противодействие. Прогибиционисты обычно атакуются защитниками оружия, а не находят у них понимания. Вместо «Злобного экстремиста с ружьём наперевес», вы предстаёте симпатичным «своим парнем». Это может проложить путь для дружественного разговора, в котором вы оба можете найти что-то общее друг у друга. 

У вас может быть даже возможность развеять некоторые распространённые некорректные представления об оружии и самообороне. 

Эмпатия так же полезна для перенаправления или завершения диалога, переросшего в перебранку и ставшего непродуктивным. Она позволит вам избегать тупиков вроде «оружие спасает жизни» против «единственная цель во владении оружием – убийство детей». Используя эмпатию, вы можете полностью нейтрализовать аргумент. Вместо того, чтобы спорить о том, сколько жизней будет спасено или потеряно в результате владения оружием, посочувствуйте прогибиционисту в том, как страшно жить в стране, в которой 80 миллионов людей владеют оружием «исключительно ради убийства детей». 

Вы не должны ожидать, что такие подходы сработают моментально – этого не произойдёт. За редким исключением, прогибиционист не «достигнет просветления», начнёт горячо благодарить вас и умолять отвести его на стрельбище. Вы только делаете трещинки в броне его психологической защиты и сеете семена, которые могут когда-нибудь развиться в более широкие взгляды и более рациональный анализ. Это может длиться месяцы и даже годы. Но это работает! 
Корректирование опытом. 

Пожалуй, наиболее эффективный способ убрать защитные механизмы, это - корректирование опытом. Корректирование опытом (30) – это предоставление опыта, который поможет противнику оружия осознать, что его мнение об оружие и его владельцах некорректно, максимально безопасным и не угрожающим путём. Для того, чтобы предоставить этот опыт, позвольте сначала спроецировать на себя его некорректное видение мира. Затем продемонстрируйте ему, что он не прав, своим поведением, но не спором. 

Например, прогибиционист может спровоцировать вас заявлением, что владельцы оружия – необразованные деревенщины. Если вы разозлитесь и назовёте его в ответ «глупцом, либералом, социалистом», вы только усилите его убеждения. Но если вы случайно упомянете о своей учёной степени, поездке на шекспировский фестиваль, вашем японском саду или балетном кружке вашей дочери, вы предоставите ему возможность исправить своё представление. (Прим. В оригинале был «Vegetable Garden» т.е. что-то типа огорода, что в наших реалиях имеет несколько иную окраску.) 

Если вы использовали какую-то из вышеназванных техник, то вы уже скорректировали опыт противника оружия. Вы показали запуганному прогибиционисту, что владельцы оружия не являются злобными, страшными и опасными недочеловеками-монстрами, но нормальными людьми, заботящимися о своих семьях, друзьях и даже незнакомцах. 

Как многие владельцы оружия уже открыли для себя, самая важная коррекция опытом включает в себя непосредственный контакт прогибициониста с оружием. Практически никогда не рекомендуется говорить кому-то, что ты носишь оружие, но всегда есть путь использовать собственный опыт во благо. 

Например, если вы имеете дело с прогибиционистом, с которым регулярно общаетесь и находитесь в хороших отношениях – сослуживец, сосед итд – вы можете вскользь упомянуть о том, что носите оружие. Вы никогда не должны говорить «У меня с собой пистолет, а ты даже не заметил», особенно в тех случаях, когда это может быть сочтено незаконным и «угрожающим» поведением. Но вы можете сказать что-то вроде «Я иногда ношу оружие, и не заметил, чтобы ты нервничал, находясь рядом со мной». Когда и как вы скажете об этом – сугубо индивидуальное решение, но вы должны быть осторожными и всё взвесить, перед тем как использовать данный метод. 
Собственный опыт. 

В идеале – ваша цель состоит в том, чтобы прогибиционист сам попробовал пострелять. Некоторые примут ваше приглашение на стрельбище, но большинство слишком сильно запугано для этого и потребуется некоторая предварительная психологическая обработка. 

Во-первых, вы должны вдохновить прогибициониста на непосредственный контакт с оружием максимально комфортным для него путём. Многие верят в то, что оружие обладает сознанием и могут застрелить человека сами. Вы же можете начать с приглашения посмотреть и подержать в руках незаряженное оружие. Это так же шанс показать неопытному человеку, как узнать, заряжено ли оружие и обучить его основным правилам безопасности. 

Поощряйте желание новичка задавать вопросы и помните, что ваша задача – предоставлять точную информацию дружественным и доступным путём. Это неплохой момент для того, чтобы предложить печатные материалы о преимуществах владения оружием. Но будьте осторожны и не перегружайте человека информацией. И помните, что сейчас не время для разговоров о политике, новом мировом порядке или теории заговора . 

Затем вы можете предложить вашему другу сходить на стрельбище. (Если вы доверяете друг другу, имея в руках заряженное оружие, вы должны чувствовать себя друзьями!) Убедите его, что никто не заставит его стрелять, и он может просто посмотреть. Просто дайте ему знать, что он испытает, и что от него ожидается. Это включает в себя такие вещи, как защиту глаз и ушей, кепку, соответствующую одежду и так далее. Убедитесь, что у вас собой есть подходящее оружие на случай, если ваш гость таки решит попробовать пострелять. Лучше всего взять что-нибудь малокалиберное с небольшой отдачей. Если ваш гость – женщина, это подойдёт лучше всего. Многие винтовки имеют слишком длинный для женщины приклад, а пистолеты с двухрядным магазином обычно слишком велики для женской руки. Помните, что просто посещение стрельбища может быть корректирующим опытом. Ваш гость увидит, что владельцы оружия дисциплинированы, ответственны, заботятся о безопасности, имеют хорошие манеры, вдумчивы и следуют правилам. Он увидит людей всех возрастов, от детей до пожилых, мужчин и женщин, получающих удовольствие от стрельбы вместе. Он не увидит одинокого деревенщину с бутылкой пива в руке, размахивающего оружием пред лицом людей. По моему опыту, большинство людей, посетивших стрельбище, решат, что они хотят попробовать пострелять. Обязательно убедитесь в том, что ваш гость понял все правила безопасности и поведения на огневом рубеже, до того, как вы разрешите ему взять в руки оружие. Если вы не уверены в своих силах, пригласите инструктора себе в помощь. Помните о том, что вы должны реагировать по возможности положительно и воодушевлять новичка. Если вам повезёт, вы получите в результате нового любителя оружия. Но даже если ваш гость решит, что это «не для него», он получит очень ценный урок. Он узнает о безопасном обращении с оружием, как оно может быть разобрано и вычищено, если ему нужно будет сделать это. Возможно, это когда-нибудь спасёт его жизнь. Он узнает, что оружие не стреляет, пока кто-нибудь не нажмёт на спусковой крючок.Он узнает, что владельцы оружия – дружелюбные, ответственные люди, не сильно отличающиеся от него. Даже если он решит, что больше никогда не будет стрелять из огнестрельного оружия, он будет меньше бояться и обвинять владельцев оружия. И кто знает, может быть через несколько месяцев или лет он изменит свои взгляды и сам станет владельцем оружия. Почему эти методы не всегда работают. Вы должны помнить, что всех прогибиционистов вы не переубедите. Многие из людей запуганы настолько сильно, что через их защиту сможет пробиться только специалист. Мысли многих закрыты и они не собираются открывать их. Многие согласятся, что ваша позиция имеет смысл, но не захотят противостоять силам политкорректности. Некоторые их них имеют психологическую травму, связанную с оружием, от которой они ещё не оправились.Вы так же не преуспеете в переубеждении людей, идеализирующих разоружение, таких как Чарльз Шумер или Диана Фейнштейн. Позиция этих людей сознательна. Они практически всегда имеют дивиденды со своих убеждений, такие как политический вес, престиж и деньги. Их не интересуют факты спасения жизней. Они знают о них, и знают о последствиях своих действий, и с радостью пожертвуют людьми ради своих корыстных целей. Не используйте эти методы на них. Их может пронять только страх потери престижа, денег и политического веса (31)Заключение.Если вы лучше поймёте защитников разоружения, научитесь применять несложные приёмы для того, чтобы противостоять психологической защите, вы станете гораздо более продуктивными в ваших попытках общения с прогибиционистами. Вы так же станете успешнее обучать их оружию и самообо
Категория: Другие материалы. | Добавил: Valde (25.07.2008) | Автор: Сара Томпсон
Просмотров: 1045 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz